| (no subject) |
[Apr. 1st, 2009|12:07 am] |
Став королем в своей последней жизни
Сквозь белый свет, почти что наугад
Я шел полями милой мне отчизны
Не помня дней, не зная точных дат,
Комок съедобный запивая брагой
За "Асти" неимением, себя
Я проносил как легкий лист бумаги,
И день и ночь по подданным скорбя.
Они копались, бедные, в навозе
Коптели в удушающей пыли,
И чавкали по слякоти полозья
Саней, в которых суженых везли.
Я их не смел тревожить, ожидая
Ответный бунт. С восточной стороны
Воспоминаний пагубная стая
Несла им в помощь городские сны.
Я чувствовал опасность близкой драки,
И знаки заколдованные те,
Что верные евреи и поляки
Мне подавали в полной пустоте
Не помогли. Король ничьих карьеров,
Карбидных пузырей, дворовых клик
Из отдаленных солнечных пределов
На горизонте показался . Вмиг
Он победил меня своим упорством,
Заставил отказаться от страстей,
Отставил, выгнал так легко и просто,
Без подданых оставив и друзей.
Я отошел без жертв и без потерь,
Без пушек, без прощального салюта,
И веселю на паперти тетерь
За полторы бутылки "Абсолюта"
;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;; июль 1999. |
|
|
| Khorosho skazano |
[Mar. 3rd, 2009|04:30 pm] |
|
"Я вижу все-таки достаточно много, в том числе и захожу на сайты иногда этой радикальной оппозиции, смотрю, они все, что хотят орать, они все орут в разных местах. Выходят на улицы, кричат о том, что президента и правительство нужно отправить в отставку. Они все заявления, которые им хочется делать, они делают. Поэтому мне представляется, что никто им рты не затыкает, они все, что хотят, они все говорят. Но то, что они не выступают на Красной площади, ну, извините, я считаю, что им не место на Красной площади", - заявил Медведев. |
|
|
| (no subject) |
[Feb. 17th, 2009|06:39 pm] |
Вспомнилось что-то из конца 70-х годов:
Подрожание Галичу
В Обводном канале я плавал,
У всех, говорят, на виду.
Я с кручи отвесной не падал,
Но все говорят – упаду.
Дай Бог, чтобы это случилось!
В полете есть ясность и свет,
И что же – душа приземлилась,
И пляшет в руке пистолет.
Пусть серой шинелью иные
Ещё не затянуты дни,
Но их стерегут постовые –
Всегда наготове они,
Придавлена правда ногою,
Часы поворочены вспять,
И Энгельс трясёт бородою,
Не в силах ошибки понять. |
|
|
| (no subject) |
[Feb. 14th, 2009|08:30 pm] |
Канкун
Оплавленная синь, колючки вместо трав,
Дрожащий воздух вместо вдохновенья.
Здесь весело живут, смиряя дикий нрав,
И медленно возводятся строенья,
Которые (как, впрочем всё и всяк)
Довольно скоро погрузятся в мрак,
Внезапно подступивший. Старый город
Титановою молнией пропорот,
И музыкой, докучливой до дрожи
Наполнены пивные. Подытожим,
Что делать нам в весёлом мраке этом:
Пытать судьбу поддельным амулетом?
Иль в едкий холод срочно возвратиться,
Что нас насилует, как дирижёр певицу
На гостевых эстрадах южных стран?
А чтобы нам вполне определиться,
Пройдемся по бульвару Кукулькан.
февраль 2009 |
|
|
| (no subject) |
[Jan. 27th, 2009|04:33 pm] |
Я улечу в такое небо,
В какое только лишь смотрел,
Как дым, как лист, парящий слепо,
И как легчайшее из тел
Какая дьявольская просинь!
Какой предательский настой!
И эта осень, эта осень...
И я, махнув тебе рукой
Спокойно застелю постельку,
Потом переступлю порог,
А дверь на ключик, на петельку,
(Дабы никто открыть не смог).
Я прокрадусь осенним садом
И скроюсь за большой рекой,
Чтоб не пытался даже взглядом
Никто нарушить мой покой.
Дождавшись ночи откровений
За догнивающим мостом,
Я разомну свои колени
И чиркну спичкой. A потом
Я пробегу по черным сваям,
Держа зажженую свечу,
И - невесом, неузнаваем
В такое небо улечу.
6 ноября 2008 |
|
|
| (no subject) |
[Jan. 26th, 2009|09:34 am] |
Полуночной порою неглинною
Пробираюсь в тумане домой,
Там где все переулки змеиные
Караулит патруль молодой.
Эх, проклятое время полночное,
Эх, ненастья тяжёлый венец,
Где ж подъезда пахучая вотчина?
Замаячит ли мне наконец?
Проскочил. Удалось отбояриться,
И уже показался мой дом,
Где родился, и где буду стариться,
Только лучше мне было в другом...
Где, забыв про папашу с мамашею
На весёлый, на русский манер
Развлекался я с дамою старшею
И с квартетом подручных венер.
И худые, и пышечно-сдобные,
И закуски на тысячу ртов...
А когда-то за сказки подобные
Я лишился передних зубов
Эх, столица! Эх, палочки-ёлочки!
Стал орёл я, а был воробей,
И хранится на мраморной полочке
Слепок с челюсти верхней моей. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 25th, 2008|08:58 pm] |
Неверным штрихом ( да и верен ли штрих?)
По окнам пройтись, по наличникам их,
По стенам, по крышам. По тонкому льду
Скользнуть, приземляясь, скользнуть налету,
Потом штрихованье отправив в туман,
Скользнуть в придорожный глухой ресторан,
Где дремлет кассир, но не дремлет вино,
Где вор и хозяин, всегда заодно,
Выходят на снежный, мерцающий двор
Зачитывать жертвам своим приговор.
И, свистнув халдею, как местный чувак,
Наесть на копейку, напить на пятак,
И, бросив на чай неминуемый грош
(Какого и в банке теперь не найдешь)
Отправиться дальше, пропахнув борщом
Туда, где казалось мы есть нипричём
Туда, где казалось - и ложь и обман,
И всё, чем кипит мировой океан,
Минует нас, точно дорожный клаксон,
И лишь развлечёт, как пронзительный сон,
Где крыши есть крыши, где лёд - это лёд,
И где нас с тобою никто не поймёт.
Октябрь, 2008 |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 4th, 2008|12:26 pm] |
Солдатские сны
═══════════════════════════════════ I
Мы ползли по отрогам без шума и драки,
Циферблат нам высвечивал время атаки
Басурманских цепей посреди,
Позади Кандагар и боснийские турки,
Под коленями жар, за ушами - окурки,
И табачная копоть в груди.
Мне на шею бросается баба в салопе:
"Помнишь баню на Скопье в Восточной Европе,
В полевых пограничных войсках
Помнишь запах пилотки, сырой плащпалатки,
Помнишь деньги на водку из общей нехватки,
И любовь на полкE в сапогах.
Как оставить могли мы такую малину?
Наградила нас Родина шомполом в спину,
Костяною блестящей рукой,
Я тебя обниму словно нежного сына,
Я тебя полюблю как Иисуса Навина -
Дальше вместе пойдем, дорогой"
═══════════════════════ Август 1999 |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 4th, 2008|11:52 am] |
В. Х.
В таз ударил лисий хвост. Хорошо.
Отдаются звезды в рост на горбу
Небосвода, что сверкает как цепь,
Коей скован коробок небольшой.
В коробке моем стихи да труха,
Огуречные кожурки да снедь,
Да застиранная в Мойке доха,
Пепелище из раскопа, да смерть.
Я точил свое перо на столе,
Разрывал им как лопатой песок,
Копошился в головнях и в золе,
Извлекая обгорелый стишок.
Беспокойство убивает мирян,
Беспокойство изнурило меня,
И, трезвец, я миротворчеством пьян,
И плевались вы, "Творенья" браня.
Разорвись на коробке моем цепь,
Расступись, медноголовая твердь,
Подними из шахты мертвая клеть
Осень, солнце, миролюбье и степь.
═══════════ март 1987. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 4th, 2008|11:50 am] |
Себя почувствую свободнее
Вдали от близких и родных,
Прощанья кончив церемонии
Ныряю в деревенский стих
Великосветское чудовище
Малороссийских поездов,
Я оставляю все сокровища
В окне мелькнувших городов.
Себе я оставляю запахи
Провинциальной резеды,
Джанкоя, чебуреков, засухи,
И газированной воды.
Гордец , а стало быть, ничтожество,
Продам я городской народ,
За то, что заставляет ежиться -
За можжевельник и за Грот.
Я не марал свое исподнее
В кровавой бане прошлых войн -
Неправды, правды и агонии
Милей мне голая ладонь. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 4th, 2008|11:49 am] |
Лето
Когда я собирался в дальний путь,
Последним вздохом распахнулись шторы,
И ты, услышав завыванье "Скорой"
Шепнула: " Попрощаться не забудь".
Но я покинул каменный притон -
Карикатуру траурного века,
По лестнице скатился кувырком,
( Лишь издали похож на человека)
И в тот же миг укрылся за углом.
Текло варенье по моим щекам
( Садовая протертая малина)
И пустота, нацеленная в спину,
Не придавала крепости ногам.
Я задержал лихой кабриолет,
Распялил рот в зевоте, и ответа
Я не услышал, только понял - это
Короткое, решительное " нет".
Так не поедешь, ну и поделом,
Сиди и жди зеркального рассвета,
Прошел трамвай, и означало это,
Что в суете бессмысленного лета
Свернулась ночь прокисшим молоком.
═══════════ лето 1986. |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 2nd, 2008|12:42 pm] |
“Это полный облом. В преисподню турне...”
“...Я ходила к врачу, словно в Тьмутаракань…”
Юлия Неволина “Залёт”
Полный залёт
Вот сижу я одна с каберне за столом -
Это полный абзац, это полный облом.
Наслаждений вкусивши в чём мать родила
Залетела опять, как из лука стрела.
Залёт спокойно спать не даёт.
Было всё романтично, как в старом кино,
Было море “Хирсы” (каберне - не вино),
Пачка “Примы” была - всё, казалось, ништяк,
А потом оказалось, что дело - табак.
Залёт.Ну как же мне не везёт!
Прихожу я к врачу. Ну, какая же дрянь!
Он послал меня к матери в Тмутаракань*,
Чтобы там я жила, никого не стыдясь,
Чтобы думала я, соглашаясь на связь:
“Залёт”. Залёт и только залёт.
Я сказала ему: “Я тебе заплачу,
За твой труд заплачу, как все платят врачу,
Ты же видишь, привет, тут такие дела,
Я бы сразу дала, если б только могла.
Залёт тебе мне дать не даёт”.
Но был доктор упрям, равнодушен и груб.
Прихвативши ушанку его и тулуп
Улетела я в ночь, где гудит Енисей,
И сосна до звезды над планетою всей,
И большое зелёное море тайги
Под крылом самолёта полощет мозги.
Залёт.Я продолжаю полёт.
Залёт. Такой вот странный приход.
*"Тмутаракань - это историческое название реально существующего Таманского полуострова. Поэтому, когда говорят, что кто-то находится или кого-то послали в Тмутаракань - не верьте, наверняка они отправились в другое место".(из статьи)
2008 |
|
|
| (no subject) |
[Oct. 1st, 2008|01:33 pm] |
“Да, здесь не Аргентина, ну а мы наплевали…”
Юлия Неволина “Bessame”
Besame mucho
Если жизнь по черепу бьёт нас копытом,
Не понять, что съедобно, а что ядовито,
Если мы по три дня дожидаемся “Скорой”,
А газеты твердят, что исчезнем мы скоро,
Мы тогда отхлебнём, чтобы стало нам лучше,
И споём: “ Бесаме, бесаме мучо”,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла.
Если дышим мочёй, перемешанной с рвотой,
Если каждый указ принимаем с охотой,
Да не просто с “Охотой”, а с многопроцентной,
Если в банке у нас ни рубля и ни цента,
То никто и от нас ничего не получит,
Кроме: “Бесаме, бесаме мучо”,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла.
Если мы каждый год на два года стареем,
Если палка ОМОНовца давит на шею,
А потом добивает в крысином подвале...
Да, здесь не Аргентина, ну а мы наплевали,
Скинем мы у костра сапоги да онучи
И споём: “ Бесаме, бесаме мучо”,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла.
Не спасут нас ни рынки, ни нацболов идеи,
Не спасут нас ни Запад, ни Восток, ни евреи
Не поможет прыжок в атлантический омут,
Где иные всплывут, а другие потонут
Отхлебнём из горлА, как вампиры нас учат,
" Бесаме, бесаме мучо”,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Не поможет стрихнина солидная доза,
Не поможет “АлсУ”, не поможет “ГлюкОза”,
Не спасёт нас война от Балкан до Кавказа,
А спасёт мексиканская эта зараза:
“Besame, besame mucho,
Como si fuera esta noche la ultima vez…”
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла,
Ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла, ла ла-ла-ла-ла-ла.
2008 |
|
|
| (no subject) |
[Sep. 26th, 2008|03:35 pm] |
Мы
Мы, поэты, не прихоти ради,
А природе самой вопреки
Раскрываем большие тетради,
Вынимаем цветные мелки,
И по белому чистому полю,
На яву или даже во сне
Мы, давай наворачивать вволю
Про какую-то рожь при луне,
А потом извиваемся, мочим
Космы вислые в кислом вине,
Каламбурим, острим, и хохочем,
И бормочем о чьей-то вине.
Нам постыла любая идея,
Нам по сердцу любое вино,
Нам и женщины все - Лорелеи,
Всё пьянО и обыденно, но...
Но сегодня при полном параде,
У излучины вечной реки,
Мы закроем большие тетради,
И упрячем цветные мелки.
Ну и где же она, Лорелея?
Где журчит животворный родник?..
Покачнулся я, странно бледнея
И упал. Головою. В нужник.
2008 |
|
|
| (no subject) |
[May. 29th, 2008|11:39 pm] |
Н.Р.
Огромным селом на бензинной реке
Наш путь пролегает.
Никто нас не любит в живом уголке,
Никто нас не знает,
А пищей нам слизь, постсоветский отстой,
Да желтая пресса,
Одно и осталось, что дернуть рукой
И ветки обрезать.
Упругие, сизые как провода
В компьютерном рае,
Куда мы стекаем, как с кручи вода,
И где пропадаем.
Одно и осталось, что сны толковать
В холодном астрале –
Ощерилась панцирной сеткой кровать
И брешь в одеяле,
И хочется крикнуть, раззявив мурло
И высветив жало...
Но вдруг понимаешь, что время ушло,
И горло устало.
Май, 2008 |
|
|
| (no subject) |
[Sep. 19th, 2006|11:25 pm] |
«Почему то показалось, что Вы за чем то скучаете. Нет?
А что такое кроманьонский быт?»
Из переписки
Хлебнув холодной крови зеленых окуньков,
Нахмуривши надбровье или насупив бровь
Бреду себе сквозь морок, почесывая пах,
Я кроманьонский отрок, взращенный на бобах,
На бубликах-баранках, на бабкиных борщах,
На бесконечных бланках, на сборах впопыхах,
На керогазах сизых, на примусах в дыму,
На маминых сюрпризах, на рыжиках в бору,
На сереньких пальтишках, на красненьких значках,
Нa книжках, на сберкнижках, нa наливных прыщах,
На бормашинах старых с затупленным сверлом,
На зимних шароварах, на дворниках с кайлом...
А что же повидал я за тот короткий срок?
Безумные братанья и чтенье между строк,
Боранья да берлянья, бренчанье в ре-минор,
И томные признанья, и важный разговор,
(Что видимо закончен не будет никогда),
Грохочущие ночью пустые поезда,
Пустых бутылок ворох, которые не сдать...
Я кроманьонский отрок, мне незачем скучать,
Мне надо пробираться, а тьма хоть глаз коли.
Нам нужно попрощаться, пока не замели. |
|
|
| (no subject) |
[Sep. 6th, 2006|11:18 pm] |
Книжник
Ножонками поджавши старый том,
Один из сотен тысяч фолиантов
Не нужных никому, я втиснут в дом
Подобьем жалким греческих атлантов
За что же мне теперь такая стать?
За творчество в замызганных подвалах,
За вольное вино, за букву ять,
За мысли о туманных перевалах,
За словоблудье и за голос мой,
За все, чего я силой добивался,
За инструмент, что левою рукой
Душил любя, пока он не скончался,
За то,что я пока что не забыт,
За то, что я старался жить без правил,
За город брошенный. За кроманьонский быт,
Который я в том городе оставил.
Ворочаюсь в ночи, как дикий зверь,
На плечи натянувши одеяло,
Я согнут в три погибели теперь,
А будет пять и их мне будет мало!
Сентябрь 2006 |
|
|
| (no subject) |
[Aug. 29th, 2006|11:00 pm] |
“…И меня вот-вот изымут – не поверишь – как с куста.”
Евгений Мякишев
Л.Ш
Я писал тебе забывшись, я не ведал что писал,
Я слова из губ застывших, как занозы вынимал,
Расстарался неуемно, руки сбивши о перо,
Растопырившись нескромно и осклабившись хитро:
«Что за царственные дали, зверобой да сухостой!
Нас давно не изымали из булыжной мостовой,
Из архивов толстозадых государственных машин,
Из таинственной лампады, где мерцает керосин,
Из правительственных зданий, и из водосточных труб,
Что б для всех обоснований: был, как не был - люб не люб,
Чтоб истертое пальтишко полоскалось на ветру,
Чтобы книжка... Бог с ней с книжкой, чтобы мы с тобой к утру
Приоделись, приумылись, да прокашлялись в кулак,
Где-то встретились и скрылись»... Да не строится никак,
Да никто нас не изымет из блевотины мирской,
И письмо мое застынет на февральской мостовой
26 августа 2006 года |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
former_redhead's journal